Как-то обронил фразу: "В Неаполе я научился не проявлять к людям слишком много доверия". С некоторым опозданием, но он понял, что целью общения с ним у многих являлось желание приобрести своеобразный "паспорт" - "друг ", а еще лучше - "родственник
История - это типичная история гениального и чистосердечного мальчика, который внезапно оказался в роли "машины для зарабатывания денег", будучи окруженным людьми, только и мечтавшими о том, как бы примазаться к его богатству и славе, нисколько не заботясь при этом о его здоровье. Это, например, некий Хорхе Цитершпиллер, первый менеджер . Спустя год после перехода суперзвезды в "Наполи" он умудрился насчитать Диего, несмотря на его сумасшедший контракт и солидные отчисления от рекламы, 300 миллиардов лир долгов. Возмущенный уволил Цитершпиллера, и в роли его менеджера появился Гильермо Коппола, который, видимо, обходится со своим подопечным достаточно честно, раз держится в этом качестве уже 12 лет. Вот только с кокаином и прочими запрещенными препаратами Коппола водит не менее тесную, чем его подопечный, дружбу.
Последняя фраза - "злился на своих дочерей" - обращает на себя внимание, поскольку, по свидетельству людей, знающих его близко, одной из причин внутреннего разлада является осознание того, что его мечта иметь собственного сына так никогда и не осуществится. Дело в том, что его жена Клаудия Виллафане по своей конституции способна рожать только девочек. Есть, конечно, - это известно всему миру - у Диего сын, как две капли на него похожий. Но сын внебрачный, о котором отец знает только понаслышке. 11-летний парень, который носит точно такое же имя - - недавно был принят в клуб "Наполи" и воспитывается матерью Кристианой Синагрой, которая также выступила на страницах журнала Guerin sportive со своим комментарием проблем, испытываемых ее бывшим другом: "Неправда, что Диего пристрастился к наркотикам вследствие дружбы, которую якобы водил с боссами каморры или вследствие каких-то других сомнительных, опасных связей. Нет, настоящая причина в том, что это чрезвычайно чувствительный человек с хрупкой психикой. Иногда меня тянет улететь в Буэнос-Айрес, чтобы помочь ему вылечиться - ведь сделать это могут только те, кто искренне желает ему добра". Не возникало ли у Кристианы при этом идеи захватить с собой и Диего-младшего? "Я взяла бы его с собой только в том случае, если была бы уверена, что встреча с отцом не травмирует мальчика. Говоря с сыном о его отце, я стараюсь соблюдать осторожность. Ясно, что слова вроде "наркотическая зависимость" и "дезинтоксикация" ему сейчас ничего не говорят. Поэтому я просто говорю, что его отец болен. У меня есть снимок, на котором маленький Диего и его товарищи по команде вышли на игру в майках с надписью "Жизни - да, наркотикам - нет". Мне бы очень хотелось показать это фото Диего большому, чтобы он, глядя на собственного сына, проникся этим лозунгом и нашел наконец выход из длинного и темного тоннеля, в котором оказался".
"В принципе наркотики давали мне радость жизни. Но когда их действие проходило, у меня не было уже никакого желания идти на дискотеку, я не хотел видеть жену Клаудию и злился на своих дочерей".
"Я принимал наркотики на протяжении какого-то отрезка своей карьеры, но никогда не делал этого ради улучшения физического состояния во время матчей. Те, кто говорят, что кокаин может стимулировать игровые, кондиции, не знают, о чем говорят".
"Знаете, как я конспирировался, когда принимал наркотики? Я запирался ночью в ванной комнате и делал это в темноте. Однажды, во время одной из таких накачек, Дальма (старшая дочь . - Прим. ред.) неожиданно - было четыре часа ночи - встала с постели и принялись стучать в дверь: "Папа, ну открой же!" Сейчас я вспоминаю об этом с улыбкой, а тогда страшно перепугался, хотя "лекарство" в тот момент еще в себя не ввел!"
"Когда меня одолевала глубокая депрессия, я вынужден был искать способ сохранить душевное равновесие, чтобы не наложить на себя руки. Я знаю многих, которые не выдерживали и кончали с собой".
"Вначале я испытывал эмоциональный шок: все вокруг меня становилось очень светлым, веселым, развлекающим. Чудесные ощущения, которые, к сожалению, продолжались недолго. И тогда я чувствовал потребность начинать это еще и еще раз и не знал, как выйти из этого состояния".
...История взаимоотношений с кокаином, по его собственным признаниям, ведет отсчет с 1982 года, когда он в 21-летнем возрасте перебрался в Старый Свет, начав играть за "Барселону". Видимо, поначалу Диего чувствовал себя в непривычной обстановке неуютно - допинговые накачки нужны ему были для того, чтобы "почувствовать себя жизнерадостным". Это было сказано в чрезвычайно откровенном интервью аргентинскому журналу Gente в январе прошлого года, некоторые выдержки из которого нелишне здесь привести:
Следующий календарный матч - против "Платенсе" 30 августа - "Бока" проводил уже без и закончил вничью - 2:2. "Инчас" при этом волновала больше не сама игра, а судьба их несдающегося кумира. Об этом красноречиво свидетельствовали многочисленные лозунги: "С Диего - навеки", "Диего - чист!" и тому подобное.
По правилам, футболист считается виновным в употреблении допинга, если положительный результат даст не только проба А (то есть та, что осуществляется сразу после игры), но и вспомогательная - В, которая исследуется более тщательно и обнародуется по прошествии полутора - двух недель. Редко, но бывает так, что проба В не подтверждает результатов А. остается уповать только на это. В противном случае дисциплинарный трибунал Аргентинской федерации футбола, разбирающий подобного рода дела, вряд ли пощадит бедолагу, учитывая два предыдущих "звонка", и вынесет максимальное наказание, которое положит конец отчаянным и вызывающим скорее жалость, чем уважение, усилиям цепляться за большой футбол до последнего.
На следующий день стало известно, что проба на допинг, взятая у негр после матча, дала положительный результат: выявилось присутствие все того же кокаина, на котором он уже попадался за шесть лет до этого. Неужели все заверения о том, что он крепко-накрепко "завязал" с наркоманией и стал вести здоровый образ жизни, опять оказались ложью?
24 августа 1997 года стартовал аргентинский чемпионат. Матч "Бока Хуниорс" - "Архентинос Хуниорс" вызвал небывалый ажиотаж. Еще бы: должно было состояться одновременное возвращение на поле двух великих "грешников" - и Каниджи, объединенных общим пристрастием к сомнительному зелью и не утративших от этого любви к себе со стороны местной "инчады". "Бока" победила - 4:2, и, к восторгу публики, один из мячей (правда, с пенальти) забил почти 37-летний . Глядя пусть и на постаревшего, но на удивление стройного (уроки Бена Джонсона явно не прошли даром) Диего, не такой уж и химерой начинала казаться его мечта выступить на - и таким образом сравниться с рекордсменом, участником пяти мировых первенств мексиканцем Антонио Карбахалом. И уж никак не думалось о том, что эта игра окажется для одновременно и последней. Но...
24 августа 1997 года футбольный мир облетела новость, которая кого-то потрясла, а кого-то, возможно, и позабавила: в третий раз за свою карьеру попался на употреблении наркотических, запрещенных в футболе препаратов. После этого уникального "хет-трика" самый талантливый и выдающийся футболист последних двух десятилетий еще более упрочился в неофициальном звании "самого крупного наркомана" в истории игры.
Футболисты - наркоманы
Скандалы и нашумевшие истории в футболе
Скандалы в футболе > Футболисты - наркоманы: Диего Марадона, Клаудио Каниджа, Адриан Муту, Александр Тихоновецкий, Бернар Лама, Александр Рычков, Андреа Карневали, Анджело Перуцци, Эрнест Жан-Жозеф
